Женщины не имели права на землю и воду, так же как и пришельцы из других аулов. Аульные старшины (яшулы) обычно получали несколько су. Таким образом, сана-шиковое землевладение не обеспечивало полного равенства земельных наделов, хотя затрудняло концентрацию земли и создание крупной земельной собственности.

Наряду с санашиковой формой пользования землей широкое распространение (особенно в Ахале, на Мургабе и Аму-Дарье) имел мулк — частное землевладение. Мюльковая земля и вода передавались по наследству и продавались, хотя продажа была затруднена рядом ограничений и формальностей. Размеры мюльков были различны. Так, текинские семьи, захватившие орошенную землю сел. Кеши у курдов, поделили между собой эту землю и воду на правах мюлька. Почти всегда мюльками считались земли рода, который первым захватил водные источники. Это были сравнительно мелкие крестьянские владения. Но были и крупные мюльки, возникавшие на основе пожалования земли и воды туркменским предводителям соседними феодальными владетелями. Этот вид мюлька представлял типичную феодальную собственность, служившую основой для различных феодальных форм эксплуатации крестьянства.

В туркменских районах Хорезма существовал еще один вид феодального землевладения — служилое держание (атлык). Хивинские ханы принимали часть туркмен на военную службу в качестве нукеров, получавших земельные наделы, обычно по 20—50 танапов (8—20 га), через родовых вождей. За это нукеры являлись на войну на своем коне, со своим оружием и продовольствием. Феодально-родовые вожди сосредоточивали в своих руках по 20—50 атлыков и содержали целые дружины.

Несколько иначе обстояло дело в скотоводческих районах. Формально пастбищные территории принадлежали всему племени и могли использоваться любым туркменом. Но колодцы и водосборные ямы (как), без которых скотоводческое хозяйство в Туркменистане невозможно, принадлежали тем, кто их соорудил, т. е., как правило, баям, крупным скотовладельцам, в руках которых сосредоточивалось подавляющее большинство скота, особенно овец и верблюдов. Бедняки-крестьяне, не владевшие колодцами и располагавшие несколькими головами скота или вовсе не имевшие его, не могли на практике осуществить своего чисто формального права на владение общинными пастбищами. Фактически пастбища находились в руках богатых собственников стад и колодцев. Некоторые из них, имея тысячи голов овец и сотни верблюдов, владели десятками тысяч гектаров пастбищных территорий и эксплуатировали множество пастухов и другой бедноты, связанной со скотоводческим хозяйством.

В Туркменистане часть земли и воды представляла собой вахым (вакф)— участки земли, пожертвованные отдельными владельцами в пользу мечетей, медресе и духовных орденов, а также сылаг-сув — участки земли, которые общины выделяли в пользование духовенства.